Дом Даана был сплошь усеян зеркалами — только на первом этаже Резарт насчитал около девяти. Зеркало в оправе из миллефиори — изумительного толстого стекла, в глубине которого сплелись сотни нитей молочного цвета; заключенное в узорчатое серебро; в простой, но прочной раме из белой акации… Они, несмотря на всю свою внешнюю красоту, никоим образом не гармонировали ни друг с другом, ни даже с окружающей обстановкой. Но самого хозяина это обстоятельство нисколько не смущало. Весь дом главы зеркальщиков* был словно собран из кусочков разных, абсолютно не подходящих друг к другу мозаик. Плетеное кресло здесь запросто соседствовало с чугунным столиком на коротеньких гнутых ножках и деревянной тахтой, обтянутой красной кожей.
Даан встретил Резарта на пороге, всем своим видом подчеркивая, что им предстоит серьезный разговор. Он выбрал для себя обычный стул с мягким сиденьем и длинной спинкой из толстых прутьев, а гостю предложил кресло.
— Отличное местечко для хорошей драки, — заметил Резарт, расположившись поудобнее.
— Да, неплохое, — кивнул Даан, довольный тем, что беломорит* похвалил его выбор. — Зеркала расположены так, что ни один вошедший не ускользнет от моего взгляда, а, значит, и…
— Я не об этом, — перебил гость. — Даже если зажечь небольшой луч света, он, отразившись от такого количества зеркальных поверхностей, даст потрясающий эффект.
Даан пожевал губы, с трудом переваривая мысль о том, что кто-то еще, кроме него самого, может использовать дом для атаки.
— Ааа… эээ… — В его взгляде читалось желание немедленно убрать все стекла. — Собственно, я тебя не за этим позвал, — еле справившись с собой, проговорил он.
— А зачем же? — спросил Резарт, рассеяно созерцая дурно подобранную обстановку.
«И это потомок знаменитых стекловаров, — с горечью подумалось ему. — Отвратительное жилище, подходящее больше для попрошайки, тянущего с кого что придется, чем для главы семьи зеркальщиков».
Сколько он помнил, Даан всегда был таким — жадным тугодумом. Его предки, знаменитые мастера зеркал, в чьи руки впервые попал кварц (и по сей день украшающий посох главы), породили один из самых могущественных кланов антаров, в совершенстве владеющий магией стекла. К несчастью — а может, и к лучшему, судя по тупости потомка стекловаров, — почти все секреты магии клана были утеряны примерно тогда же, когда был подписан Договор. То, что умел Даан, было лишь жалкими крохами прошлого.
— Я хочу поговорить с тобой про Волдета, — заговорщицки понизил голос хозяин дома.
— Про Волдета? — до Резарта начало доходить, зачем Даан пригласил его.
— Не кажется ли тебе, что наш друг… преувеличивает свои полномочия? — собеседник напряженно впился глазами в беломорита, стараясь уловить самые слабые эмоции.
Резарт не мог отказать себе в удовольствии.
— А, это ты о том, как Волдет отправил тебя ждать девчонку? — небрежно бросил он, саркастически глядя, как Даан медленно наливается злобой. — Ну он же не мог предугадать, что ты упустишь дочку Тиура.
— Если бы вы меня предупредили, что девка с браслетом, такого бы не случилось, — мрачно обронил Даан. Он едва сдерживался. — А разве тебе, Резарт, нравится быть кем-то вроде смазливой служанки? Волдет придумал гениальный план — а мы сделай то, сделай се. Не кажется ли тебе, что он нашими руками зачищает место для себя?
Эти слова заронили неясную тень в спокойные размышления беломорита.
«Нашел кого слушать, — немедленно одернул он себя. — Всем известно — Даан любит погреться на чужом жаре».
— И что ты предлагаешь? — спросил Резарт, стараясь, чтобы голос не выдал его истинных переживаний.
— Объединить наши силы, — Даан снизил тон. — Ты только подумай, зачем нам нахлебники? Мы могли бы соединить наши умения и устранить всех этих неудачников. Тиур мертв. Нас двое. Из оставшихся Волдет сильнее всех, и с ним-то и нужно расправиться в первую очередь. С другими разберемся после. Вся эта неразбериха происходит от того, что у нас слишком много умников, желающих править. Нужна сильная рука, способная привести всех к одному целому.
Резарт чуть не поперхнулся.
«Это ты-то — сильная рука, Даан?», — подумал он. А вслух сказал:
— А что потом?
— Как что? Потом мы будем править! — мечтательно возвел глаза кверху зеркальщик. — Ты только представь — никаких собраний, на которых все друг другу глотку грызут! Самые малочисленные семьи можно и вовсе вывести под корень. Почему мы должны жить на голодном пайке из-за бестолковых, никчемных ртов? Да и людишкам налог поднять надо — это в первую очередь, конечно же!
— Знаешь, а это мысль, — задумчиво сказал Резарт. — Только мне надо все хорошенько обдумать. Такие вещи вот так с плеча не делаются.
— Я тебя и не тороплю, — быстро сказал Даан, — но знаешь что, дорогой союзник?
— Что? — по инерции ответил тот.
— Я бы не советовал тебе кому-нибудь рассказывать о нашем разговоре.
***
Резарт шел по улице, привычно закутавшись в плащ. Изрядно надоевшая маска давила на переносицу и раздражала лицо.
«Вечер визитов», — усмехнулся он, разглядывая чернеющие облака. Красные полосы, оставленные заходящим солнцем на небе, уродливо перекрещивались друг с другом.
Быстро темнело.
Волдет встретил его гораздо приветливее, нежели Даан. В уютном кабинете хозяина Резарта ждал хрустальный бокал с холодной кровью.
— Присаживайся, — махнул Волдет рукой. — Ты же вроде не любишь горячее? — полувопросительно поинтересовался он.
Резарт кивнул, и с наслаждением припал к бокалу. Посещение Даана вызвало у него тошнотворный приступ голода.
Напившись, он вкратце пересказал свой предыдущий разговор. Волдет, обычно не склонный к всплескам эмоций, на этот раз расхохотался.
— Как ты сказал — «сильная рука, способная привести всех к одному целому»? — переспросил он, отсмеявшись. — Ай да Даан — новый правитель антаров!
— Ну, мне было не смешно, — отозвался беломорит. — Знаешь, он на полном серьезе собирается вырезать половину антаров и ужесточить законы в отношении человеческого населения. Ах да — еще он попросил меня никому не рассказывать о его словах. Мягко так попросил, знаешь ли. Может, мы его — того? — Резарт допил ледяной напиток залпом, и потянулся к запотевшему графину. — Можно?
— Конечно, пей, сколько хочешь, — кивнул Волдет. — Нет, у нас нет сейчас возможности избавиться от зеркальщика. На его защиту может подняться весь клан. Не забывай, что завтра еще предстоит объявить об исчезновении Тиура. Если присовокупить к этому и Даана… Как бы не начали глотки друг другу грызть.
— Тогда что мне ему ответить? — Резарт, не стесняясь, налил полный бокал.
«Это тебе не Даан. Тот даже выпить не предложил».
— Потяни время, сколько сможешь, — ответил Волдет. — Я подумаю, как решить этот вопрос.
— Только побыстрее. — Резарт осторожно поставил пустую посудину на стол. — Благодарю, Волдет, за гостеприимство. Пожалуй, я к себе — завтра собрание, чувствую, выложиться придется по полной.
— Хорошего тебе вечера. — Волдет проводил позднего гостя и запер за ним дверь.
Он задумался, глядя в окно на удаляющуюся фигуру. Слишком многое в этой игре зависело от того, на кого сделает свою ставку Резарт.
*Даан — глава зеркальщиков. Символ клана — осколок полупрозрачного кварца. Кварц — проводник между прошлым, будущим и настоящим. Посох позволяет изменять настоящее отражение, влияя на окружающую реальность. Условие: наличие зеркала или стекла.
*Резарт — глава беломоритов. Его посох позволяет осветить все окружающее пространство и превратить свет в огонь. Условие: наличие хотя бы небольшого источника света.
Следующая глава